Если у вас есть желание поделиться своими познаниями, заходите к нам на форум .
Всегда рады новым знакомствам и открытиям!

Главная » Статьи » Информационный ресурс » История

Григорий Распутин - человек не от мира сего
Рассказ Григория о себе:
Григорий Новый«Когда я жил сперва, как говорится, в мире до 28 лет, то и был с миром — любил мир и то, что в мире. И был справедлив с мирской точки зрения. Много в обозах ходил, много ямщичал и рыбу ловил, и пашню пахал. Действительно, все это хорошо для крестьянина. Много скорбей было мне. Где какая сделалась ошибка — будто, как я, а я вовсе ни при чем. В артелях переносил разные насмешки, пахал усердно и мало спал. А все же в сердце помышлял — как бы чего найти, как люди спасаются? Посмотрю по поводу примеров на священников — нет, что-то не то: поет и читает резво,   громко, как мужик дрова рубит топором. Вот мне и пришлось подумать много: хоть худой, да батюшка. Вот я и пошел паломничать.
В паломничестве мне приходилось переносить нередко всякие беды и напасти. Так приходилось, что убийцы предпринимали против меня, что разные были погони. Но на все милость Божия!.. С ночлега уходил с полночи, а враг, завистлив всяким добрым делам, пошлет какого-нибудь смутителя; он познакомится да что-нибудь у хозяина возьмет, а за мной погоня... И все это пережито мною, а виновник тотчас же находится.
Не один раз нападали волки, но они разбегались. Не один раз нападали хищники — хотели обобрать. Я им сказывал: «Это не мое, а все Божие. Вы возьмите у меня — я вам помощник. С радостью отдаю. Им что-то особенное отзовется в сердцах их; они подумают и спросят: «Откуда ты, и что такое с тобой?» — «Я человек посланный, брат вам и преданный Богу».
Теперь это сладко писать, а на деле-то пришлось пережить все: я шел по сорок-пятьдесят верст в день и не спрашивал ни бури, ни ветра, ни дождя.
Мне редко приходилось кушать... Не имел с собой капитала и не побирался вовек. Придется... Бог пошлет, с ночлегом пустят — тут и покушаю. Так не один раз приходил в Киев аж из самого Тобольска. Сколько исхожено святых мест!..»
Так рассказывал Григорий Ефимович о прошлой жизни своей духовным чадам. Они тщательно переписывали все услышанное — слово в слово — и бережно хранили как реликвию.

                                     Явление Богоматери

О явлении ему Божией Матери в восемнадцатилетнем возрасте Григорий не рассказывал никому, и никто не знал о том, кроме друга детства Михаила Печеркина.
Однажды шли они по берегу Туры. Был солнечный ясный день. Вдруг Григорий услышал дивной красоты пение, обернулся и обомлел: в воздухе стояла Пресвятая Дева в ангельском окружении, и дивные хоры воспевали необыкновенной красоты музыку. Это настолько запало ему в душу, что Григорий не смог даже работать в тот день, хотя был крайне трудолюбив. Это событие имело огромное воздействие на его жизнь, но он хранил его в тайне.

           «Я хоть человек грешный, но маленький Христос!»

Горько сетовал о нестроениях в церквях и монастырях, коих перевидал за годы странствий немало.
«Сейчас, — говаривал, — хоть все епископы грамотны и пышную службу соблюдают, но нищеты духа в том смысле, как об этом Христос говорил, у них нет. Пышные богослужения — хорошо, а нищета духа — выше. Почему теперь в разные вероисповедания уходят? Потому что в храме Духа больше нет, буквы много. Храм и пуст. Вот когда Иоанн Кронштадтский служил, в храме дух нищеты был, и тысячи шли к нему за нищетой духовной».
 Григорий понимал главное – назначение церкви не абстрактное спасение, а ученичество, подражание Христу. Так и любил говаривать про себя: «Я хоть и грешный человек, но маленький Христос!»
Юродствовал, на вопрос – «Кто ты такой?» - отзывался подобно Иоанну Крестителю в дзеновском ключе, именовал себя одухотворенным странником земным, должным нести людям проповедь Слова Божия. Мог часами вдохновенно толковать какое-нибудь место из Священного Писания, да так, что слушатели боялись лишний раз шелохнуться. Знавшие его близко просили советов, благословений, молитв, открывались ему, вверясь без остатка, видя в нем начало святости, отца, которому открыта воля Божия. Вместит, поймет, ласково пожурит или строго обличит, но после общения с ним сходит в душу дивный мир, которого так недостает в мире сем.

                                   Близкое окружение

Напутствия премудрого духовника бережно слагались в тайниках сердца у исповедующихся. Что от Бога — то от Бога! Да и люди-то близ него были необычные. Встречались среди них и юродивые, и колдуны —и их не отвергал, как Господь не гнал от себя грешников, блудниц и мытарей.
Но большей частью это были «белые вороны» — не от мира сего, живые, искренние, честные, простые, неудачники или, наоборот, богатые.
Неверно, что Григория Ефимовича окружали одни лишь женщины. Полицейские документы свидетельствуют, что их было менее половины среди его прихожан. Круг близких ему состоял приблизительно из пяти-шести сот человек самых разных сословий, профессий и положения в обществе — от простых крестьян и нищих странников до князей, министров, генералов и епископов. Особенно много было мелких чиновников, мещан, мужиков. В него входили инженеры, артисты, учителя, студенты, сестры милосердия, юристы, военные, полицейские... Случались и аферисты, и карьеристы, и негодяи с нечистыми намерениями. Но такие долго не удерживались.
Из наиболее близких можно назвать Анну Вырубову, Александра Пистолькорс, князей Шаховских, Багратион-Давыдовых (княжеский род), графов Симонич, Нирод, Стенбок-Фермор, Орловых-Давыдовых, баронесс Врангель, Кусову и многих других именитых и безвестных российских граждан. Глубоко чтили Григория и обращались за духовным советом к «вещему человеку» также и близкие императору Николаю II: Юлия Дэн, господа Танеевы, Ломан, Саблин... Список можно пополнить фамилиями именитых министров, губернаторов, крупных армейских чинов.
Переписка Григория была огромна. Полиция поначалу перлюстриро-вала всю почту старца, но потом отказалась — из писем складывался праведный образ наблюдаемого, что было нежелательно — «свыше» требовали иного рода информацию. Его Голгофой стало долготерпеливое претерпевание инспирированной против него кампании чудовищной клеветы.
Удары сыпались со всех сторон: масоны, «патриоты» и революционеры всех мастей, германские спецслужбы, аферисты и карьеристы; личная ненависть Великих князей — все перемешалось, переплелось в один узел ненависти. Таким был крест и путь, и жертва его.

                                Появление в столице

В 1904 году Григорий Ефимович приходит в Санкт-Петербург. Приводит его нужда: нужны деньги на постройку нового храма в родном селе Покровское Тюменского уезда. Там он знакомится с епископом Сергием (будущим первым советским патриархом), и через него с епископами Феофаном и Гермогеном. Высокое начальство из предосторожности на-водит справки о Григории Ефимовиче по месту жительства. Ничего дурного тогда еще о нем не говорили (позже появятся истории про его "похождения" и "внебрачные дети", и загримированные двойники, разыгрывающие безобразные сцены для газетчиков...). И вскоре промыслом Божиим святой странник, прозорливец и целитель (именно такова разошедшаяся о нем по всей России слава) попадает в высший свет.

                        Знакомство с царской четой

В 1905 - 1906 годах в России гремят выстрелы и взрывы террористов. Время неустойчивости и страха. "Вещий человек" Григорий нарасхват. С ним ищут встречи, просят его совета, поддержки. Милостив Господь...
"Всероссийский батюшка" Иоанн Кронштадтский творил в те дни молитву о России: «О Господи, спаси народ российский, Церковь Православную в России — погибают!.. Всюду разврат, всюду неверие, богохульство, безначалие! Господи, все в Твоих руках, Ты — Вседержитель!..»
Тогда же состоялось первое знакомство Григория с царской четой. Право быть духовником царской семьи Григорий получил по благословению преподобного Иоанна Кронштадтского (который сам нес его по отношению к семье императора Александра III, отца Николая II). Благословляя Григория, преподобный Иоанн сказал лишь: «По имени твоему будет тебе» — прозревая, что старец будет оклеветан и обвинен в том же, в чем неправедно обвиняли его самого.
Вскоре царь и царица убеждаются в необычайной силе, почивающей на сем неказистом с виду и простоватом сибирском старце. Его молитвы неоднократно облегчали страдания цесаревича Алексея; останавливалась кровь и отступала угроза смерти наследника Российского престола. Для царской семьи Григорий являлся олицетворением всего лучшего в России. Для истерзанных сердец царской четы блаженный старец приносил покой, мир и утешение и был, несомненно, долгожданным пророком из народа.  
 
                                 В высших кругах

Уже в то время великий князь Николай Николаевич, дядя императора (будучи весьма честолюбив и зарясь на власть) искал заручиться дружбой сибирского мужика, чтобы через него влиять как на царя, так и на общую атмосферу царского двора.
В высших сферах Григорий держался независимо, не раболепствуя и не боясь говорить правду в лицо. Порой иному генералу приходилось ждать, пока Григорий окончит беседовать с каким-нибудь нищим мужичонкой. Это порождало недовольства и давало пищу для злословия. Иные, не получая просимого у Григория, становились его злейшими врагами.
Епископы Феофан и Гермоген, вначале покровительствовавшие старцу, неоднократно получали от него помощь. Но однажды, получив отказ, приписали ему злой умысел и превратились в смертельных врагов.
Одним из первых врагов Распутина стал великий князь Николай Николаевич. Григорию было открыто двуличие этого человека, из дворца которого и были пущены первые грязные слухи, благо сторонников в партии великого князя хватало. Он считался человеком сильной руки, и многие желали бы видеть его на престоле.
Отвратительную роль в распространении слухов сыграла фрейлина государыни Александры Федоровны С. Тютчева. Одна она породила сонмы анекдотов и исполненных безобразной лжи инсинуаций в адрес августейшей семьи и Григория.
Утро этой особы начиналось с визитов. Чего там только нельзя было услышать!.. Санкт-Петербург наполнялся адскими дымами сплетен, выдуманных этой несчастной женщиной, так что даже Николай II, мягкий и деликатный человек, вынужден был вызвать оную особу для беседы.
 Но главным отцом лжи и проводником дьявола в этом деле послужил одержимый неуемной гордыней и злопамятством поп-расстрига Илиодор Труфанов, в дальнейшем близкий Дзержинскому сотрудник ВЧК. Сочиненная им книжка «Святой Черт» (не себя ли он имел ввиду на самом деле!) легла в основание вымыслов и сплетен, касающихся Григория Распутина. В 1917 году эта усладительная порнофантазия также была исследована, и все приводимые в ней «письма» и «телеграммы» оказались чистейшим вымыслом. Тем не менее литературный «шедевр» растекся по всей России, по умам, душам и сердцам — ловко подсунутая наживка была многими, к сожалению, проглочена.
Блаженный старец сильно страдал от стрел клеветы и откровенно бессовестной лжи. Душевные переживания Григория можно проиллюстрировать стенограммой телефонного разговора с одним надоедливым журналистом:
«Чего от меня хотят? Неужели не могут понять, что я маленькая мушка и что мне ничего не надо ни от кого... Мне очень тяжело, что меня не оставляют в покое... все обо мне говорят, словно о большой персоне... Неужели не о чем больше писать и говорить, как обо мне?.. Я никого не трогаю... дался я им, видишь, какой интересный — каждый шаг мой обсуждают... Все перевирают — видно, кому-то очень нужно меня во что бы то ни стало таскать по свету и зубоскалить... Оставьте меня в покое... Не надо мне хвалы, не за что меня и хулить... От всего устал...»

                 Из записной книжки Г.Е.Распутина:

«Тяжелые переживаю напраслины. Ужас, что пишут... Боже! Дай терпения и загради уста врагам! Или дай помощи Небесной, предуготовь вечную радость Твоего блаженства...» Другая запись: «Ах, несчастный бес. Восстановил всю Россию, как на разбойника! Бес и все хульники готовят блаженство вечное, клевеща. Вот, всегда бес остается ни с чем. Боже! Храни Своих!»                               

                            Причины травли

Бывший председатель Совета Министров В.Н. Коковцев в своих воспоминаниях отмечает явно организованный характер газетной травли близкого царю человека, начавшейся в 1910 году как бы по мановению палочки невидимого дирижера, одновременно во многих органах левой революционной печати.
Из исследований и воспоминаний современников тех памятных событий  явствует, что незадолго до начала активной травли в Брюсселе прошел съезд масонов, названный громким именем «Всемирная Ассамблея», на которой прорабатывалась идея расшатывания императорской Российской власти путем дискредитации Григория Распутина как наиболее близкого царской семье человека.
О том же свидетельствует один из главных разрушителей России М.В.Родзянко. Лица из тщательно законспирированной организации «вольных каменщиков» проникли в самые различные слои российского общества: армию, министерства, департамент полиции, Думу, предпринимательские круги... Действовали они по тщательно разработанному плану, а пресса, слухи и злые языки сделали свое дело — довели до крайней точки.
Кто же эти масоны? Гучков, князь Львов, Чхеидзе, Керенский, Джунковский, Маклаков, военный министр Поливанов, генералы Гурко, Крымов, Михаил Алексеев и многие другие. Причем один из руководителей российской ложи одновременно являлся еще и близким советником германского кайзера, в то время как Россия и Германия пребывали в состоянии войны.
Различные газетчики, литературные жучки стряпали на заказ небылицы, брошюрки и статейки, получавшие большое распространение в России, срывая немалый куш и делая себе на этом имя. Это и некий М.Новоселов, и Дувидзон (который печатался под разными псевдонимами в разных органах, от столичных до сибирских), и священник Юрьевский, сочинитель некоего труда о «хлыстовстве» Григория.
Политики типа масона П. Милюкова будут громогласно с трибуны Государственной Думы обвинять Распутина в шпионаже для Германии, будто бы с ведома «царицы-немки», опираясь на сведения, помещенные в бульварной английской газетенке. Эта ставшая авторитетной посредством оратора ложь вскоре будет распечатана .в сотнях, тысячах экземплярах и распространится в народе. Люди Гучкова будут распро-странять выдумки подобного рода на заводах среди рабочих и в армии на фронте. Загримированные «под Гришку» нанятые артисты будут устраивать сцены пьяного дебоша в ресторанах и кабаках.

                               Отношение в народе

Неверно думать, будто вся Россия верила клевете. Нет, конечно. Односельчане Распутина, жители села Покровского, любили его. Они едва не растерзали Хионию Гусеву, нанесшую удар ножом в живот Григорию.
Особенно любили Григория дети. Они первыми прибегали к вернувшемуся после очередной отлучки "отцу Григорию", и тот щедро наделял их гостинцами и питерскими подарками. Если даров не хватало или кто-то из детей был дурно одет, он отсылал в местную лавку с запиской. Тамошний приказчик выдавал необходимое, записывая долг на Распутина.
Многие прибегали к его помощи с различными вопросами и денежными затруднениями. Не было случая, чтобы Григорий отказал, всегда входя в нужду обращающегося. Очевидцы отмечают его бескорыстие, доброту и удивительную незлобивость. «Он был добрый и хороший человек, только юродивый, не такой, как все», — говорили о нем.
То же и с Санкт-Петербургской паствой. Комната Григория была всегда переполнена всевозможной беднотой и разными просителями, ходатаями и просто нуждающимися. Ни разу никому не было отказано в помощи. Если старец не мог ничем помочь, он искренне сокрушался и одарял, чем мог, и терпеливо выслушивал всех.
Далеко не всякое его заступничество удавалось, и такие "обиженные" нередко, увы, становились его врагами, полагая его всесильным и приписывая неудачу исключительно его недобросовестности.
Когда в 1914 году после покушения Гусевой пароход с тяжело раненым Григорием Ефимовичем причалил к Тюмени, вся пристань была запружена народом. Искреннее горе, боль и негодование на убийц привело их сюда. В больницу, где лежал больной, ежедневно отовсюду шли тысячи телеграмм и писем с пожеланиями исцеления. Молилась и плакала вся благочестивая, боголюбивая Русь. Так, знаменитый русский богатырь Заикин телеграфировал: «Молю Бога об укреплении Вашего физического и душевного здоровья».
Служились молебны "о здравии болящего" в Москве, Петербурге, в некоторых монастырях и пред чудотворным образом Иверской Божией Матери.
Были и другие реакции на случившееся. Слухи о смерти "всероссийского развратника породили новую волну публикаций, несуществующих предсмертных интервью, бесед и откровений "умершего". Кое-кто успел заработать на "сенсационных" материалах. С одра немощи, едва живой, Григорий шлет в Санкт-Петербург государю телеграммы, умоляя отказаться от войны с Германией, считая, что для России это будет началом ее конца. Он справедливо опасается, что Николая II принудят ввязаться в международный конфликт.
Телеграмма 1914 г.: «Милый Друг, — молит Григорий Царя, — еще раз скажу: грозна туча над Россией, беда, горя много, темно и просвета нет; слез то море, и меры нет, а крови — уу-у сколько! Что скажу? Слов нет! Неописуемый ужас! Знаю, все от тебя войны хотят, и верные тоже. Не зная, что ради гибели. Тяжко Божие наказание. Когда уж отымет путь, начало конца, Ты Царь, отец народа, не попусти безумным торжествовать и погубить себя и народ. Вот, Германию победят?.. Победят. А Россия? Не было от веку горшей страдалицы. Вся в крови великой, погибель без конца, печаль... Григорий».
В 1912 году, по свидетельству графа Витте, именно Распутин отодвинул мировую войну на два с половиной года. Тогда Россия и вовсе не была готова к брани такого масштаба. По настоянию великого князя Николая Николаевича уже был подписан указ о мобилизации и заготовлены санитарные и военные поездные составы по всей стране. Тогда Григорий, пав в ноги государю, сумел убедить его не ввязываться в Балканский конфликт. Конечно, зная об этом, заинтересованные в войне из числа военной партии великого князя (дяди императора), большевики, масоны и прочие были готовы устранить влиятельного старца любой ценой. Потому-то и прибегали к разным способам дискредитации, вплоть до нанятых двойников, фотоснимков "оргий", то и дело объявлявшихся (и вскоре бесследно исчезавших) "незаконнорожденных детей Гришки", и особ, будто бы соблазненных и совращенных им.
Сотни жертв, свидетелей и потерпевших при заинтересованной проверке следственной комиссии Временного правительства растворились, найти их не удалось.
                                   
                                       Анна Вырубова

Анна Вырубова — нежное дитя, названная дочь царицы жила по строжайшему монастырскому уставу, личной жизни не имела вовсе, целиком отдавшись на служение ближним и страждущим. Опекала сирот, работала сестрой милосердия. 
Духовная высота и кротость, чистота сердца и простота нрава - печати, сиявшие на ее челе. Внешне привлекательная, благородного происхождения, принимаемая как своя в царской семье она оказалась совершенно беззащитна перед газетной клеветой. В течение многих лет ей приписывались многочисленные любовные связи и мерзейший разврат. Пасквилянты-газетчики разнесли злую хулу, заразу слухов и клеветы на всю Россию. "Истории", ставшие нарицательными, смаковались в светских салонах при дворе и в бульварной прессе, в Государственной Думе и на улицах...
Каково же было разочарование сплетников, когда позже специальной медицинской комиссией Временного правительства было установлено, что Анна Вырубова девственна и невинна, и все приписываемые ей преступления на поверку оказались вымыслом.

                            Таинственная сила духа

Очевидцы отмечают поразительную силу духа, которая была на старце. Его прекрасные, удивительно голубые глаза очень напоминали глаза Иоанна Кронштадтского. В них не решались смотреть, особенно лжецы, аферисты и лукавые люди, которых Григорий своим праведным глазом видел, как на ладони. Когда он встречался взглядом с ними, они теряли самоуверенность, им становилось не по себе. Отсюда слухи о якобы тяжелом "гипнотическом" взгляде от него пропадала колдовская сила, которой нечестивые пользовались, чтобы обирать других. Простое описание сеанса исцеления, проведенного старцем для своего будущего убийцы Юсупова, показывает, что сила, которой пользовался блаженный Григорий, была дана ему от Бога свыше.
Больной, издерганный князь ложится, старец творит над ним молитву... Демон, укреплявший развращенного князя, отступает, и тот в немощи распростерт на ложе, хотя при этом ум его совершенно ясен, и воля сохраняется.. Князь видит свет, исходящий из очей "злого гения России", пугающий это насквозь больное, душевно травмированное существо (князь любил, обрядившись в женскую одежду, посещать злачные места, где имел немалый успех).
Другой пример — несчастный случай с Анной Вырубовой. Чуть живая, она была вытащена из под обломков сошедшего с рельсов поезда. После осмотра придворный врач сказал, что она безнадежна, и вот вот наступит агония. По наитию Святого Духа на место катастрофы, оставив все дела, примчался Григорий. «Будет жить, — сказал он, едва взглянув на изломанную, едва дышавшую женщину, — только останется калекой». И вышел, шатаясь из стороны в сторону.

                                  Мученическая кончина

И здесь правда переплетается с вымыслом. Григория заманили на кутеж, выставив в качестве приманки красавицу княгиню Ирену (племянницу императора), представив ее больной и нуждающейся в его помощи. Заехавший за Распутиным накануне убийства Феликс Юсупов, подобно Иуде Искариоту, целует своего многозаботливого опекуна и слышит в ответ кроткое: «Надеюсь, это не Иудино лобзание?» В сердце будущего убийцы происходит борьба. На какое-то время тот исполняется глубочайшего презрения к себе как? он решился обмануть доверие, ему оказанное, и взяться за столь грязное дело? «Не понимаю, как это со мной случилось...» — пишет он впоследствии.
«С удивительной ясностью пронеслись предо мной одна за другой картины жизни Распутина. Чувства угрызения совести и раскаяния понемногу исчезали, заменяясь другими... Душа делает роковой для себя и России выбор: я более не колебался...».
Накормив своего гостя отравленными пирожками с вином, этот несчастный, дрожа от страха и недоумевая, как такой великий прозорливец, всегда тонко все чувствовавший и предугадывавший события, все еще не разгадал его нечистых намерений, приглашает Григория взглянуть на некое хрустальное распятие Спасителя, выполненное в еврокультурном духе. И Григорий, несмотря на то, что ему было плохо, со словами: «Никогда не помешает посмотреть на изображение распятого Господа» — подходит взглянуть и видя, что это очередная декоративная безделушка, поворачивается... Следует выстрел. (Всего один — боялись следов крови.). Тяжело раненый в грудь Григорий падает. Невозможно писать ужас князя, когда, спустя некоторое время, он сходит вниз к убиенному им "другу", и убеждается — о ужас! — что тот жив.
Вообразив, что сейчас его постигнет возмездие за дело, которое он совершил, он бросается прочь, гонимый ужасом... По свидетельству второго убийцы, Пуришкевича: «На нем буквально не было лица... Глаза на выкате, а сам он с обезумевшим взглядом кинулся к выходной двери: «Стреляйте! Пуришкевич, он жив!» — Ему казалось, что за ним гонится страшный мертвец. Я убежден, что Григорий не вставал и не душил его за горло и не грозил ему расправой руками императрицы. Это все плод его больного воображения».
Отличный стрелок, Пуришкевич несколько раз стреляет вслед уходящему с пулей в груди Распутину, но тщетно... Преступник нервничает, сообщников поблизости нет, он один... еще немного и жертва уйдет, и все раскроется. «Изо всех сил я укусил себя за кисть левой руки чтобы заставить себя сосредоточиться, и, наконец, третьим выстрелом попал ему в спину». Затем следует еще один выстрел.
 Пуришкевич в одержании подбегает к поверженному Григорию и изо всей силы бьет его ногами по голове. Позже Пуришкевич признался, что руководила им «неведомая сила». Чуть позже, уже в доме, к застреленному подскакивает Феликс Юсупов и также зверски избивает его...
«Злоба и ярость душили меня. Какое-то необъяснимое состояние овладело мной... В бешенстве и остервенении я бил, куда попало... Тщетно пытались остановить меня. Когда это наконец удалось, я потерял сознание...» — пишет Юсупов. Зверски замученный Григорий был брошен в прорубь возле Крестовского острова.
Цивилизованная Европа и демократическая Россия с ее двумя столицами одобрила убийство. На улицах, площадях и в домах только и было разговоров, что наконец "ухлопали Гришку". Впрочем, немало нашлось и тех, кто бегал к проруби набрать освященной телом мученика  воды.
По свидетельству одного русского графа, в беседе с французским послом Палеологом, только что вернувшимся из своих имений на Волге тот выразил мнение крестьян: «Для мужиков Распутин мученик. Он защищал перед царем народ от дворян. За это дворяне и убили его». Так считала Россия мужицкая, вернее, значительная часть ее.
19 декабря, наконец, поиски увенчались успехом. Тело убитого было извлечено из воды Малой Невки близ Петровского моста. Одна его рука была приподнята и сложена в благословляющий перст. («Прости им, Господи, ибо не ведают, что творят...»)
Официально было установлено, что после трагической смерти Распутина ни в его квартире, ни в банках не было обнаружено ни копейки. Как ни старались, ничего найти не удалось. Семья потерпевшего (пятеро детей) осталась в полной нищете, лишенная своего единственного кормильца. Государь перечислил на счет вдовы сто пятьдесят тысяч рублей. Старец, вхожий в царскую семью, никогда ничего не брал ни от ца-ря, ни от царицы, никогда не пользовался своим влиянием для личной выгоды, и все, что приносили ему как пожертвования, распределял тут же среди нуждающихся. Всякая нажива и корысть вызывали у него глубокое отвращение и чувство праведного негодования.
Сохранилось письмо Григория Распутина, в котором он пишет, что предчувствия мучают его, что жить ему осталось совсем немного. Старец предупреждал, что после его смерти для царской семьи наступят очень тяжелые времена. Григорий связывал ее судьбу с теми лицами, которые убьют его самого. «Если это будут простого звания люди, то в таком случае Тебе, Царь, ничего не угрожает, — писал он. — Но если это будут люди из Твоей семьи, Царской фамилии, то тогда тебя ждет гибель. Погибнешь Ты и весь Твой род».
Дальнейшее поведение всех  прямых и косвенных участников преступления вызывает только омерзение.  Люди, возомнившие себя спасителями Отечества и чуть ли не героями, втихоря принимали поздравления, вслух клятвенно заверяя, что к убийству не причастны.  Великий князь Дмитрий Павлович, племянник царя, даже родному отцу поклялся на образе матери, что "в крови этого человека рук не марал". Князь Феликс Юсупов писал Императрице: «Ваше Императорское Величество, спешу исполнить Ваше приказание и сообщить Вам все то, что произошло у меня вечером, дабы пролить свет на то ужасное обвинение, которое на меня возложено...» Заканчивает князь свой рассказ следующим: «Я не нахожу слов, Ваше Величество, чтобы сказать Вам, как я потрясен всем случившимся, и до какой степени мне кажутся дикими те обвинения, которые на меня возводятся. Остаюсь глубоко преданный Вашему Величеству. Феликс».
У честных людей, которых оставалось в России немало, подобное поведение убийц вызвало недоумение и сомнение в праведности их поступка. Так, один из будущих вождей Белого Движения, барон П.Н.Врангель, редкий правдолюбец, узнав из газет об убийстве "всероссийского злодея", писал: «Какие чувства руководили ими? Почему, ис-требив вредного для Отечества человека, они не объявили об этом громко, не отдали себя на суд властей и общества, а бросив в прорубь труп, пытались скрыть следы? Нет, от Бога такие дела не делаются».
Анна Вырубова, фрейлина императрицы, свидетельствует в своих записках, что царская семья до последней минуты верила в молитву старца и очень трепетно продолжала любить его. И все оставшиеся после него вещи хранились как драгоценнейшая реликвия. Царь и царица  были убеждены, что Россия страдает за его убийство.
В последнюю свою встречу с августейшей семьей Григорий Ефимович отказался напоследок благословлять их, как было между ними принято: «Сегодня ты благослови меня», — попросил он, что Николай Александрович и сделал. Чувствовал ли Распутин, что видит их в последний раз?

               Воспоминания  дочери старца Матрены

Как-то отец попал в монастырь на Охте. Сестры пригласили его разделить с ними ужин. Когда собравшиеся только приступили к трапезе, до них донесся дикий вопль. Потом вопль сменили хриплые, но тоже очень громкие стоны. Монашки рассказали, что это крики несчастной молодой послушницы, страдающей припадками падучей. Отец попросил отвести его к больной. То, что ждало его, было душераздирающим. В келье на куче зловонного хлама, ощерившись, лежала женщина, имевшая вид безумной - волосы всклокочены, лицо и тело, видное сквозь разорванное платье, исцарапаны до крови. Увидев пришедших, она как будто очнулась и снова начала завывать. Из ее горла вырывались крики, в которых можно было различить ругательства и богохульства. При этом тело больной извивалось.
Отец вызвался помочь. Он вошел в келью, остановился на пороге, осенил себя крестным знамением и несколько минут молился молча.
По мере того как продолжались молитвы отца, взгляд Акулины прояснялся. Из зверя она на глазах превращалась в женщину. Когда отец замолчал, Акулина имела вид здоровой.
Вскоре после исцеления Акулина попросила освободить ее от обета послушания, почувствовав, что монастырская жизнь не позволит ей в достаточной степени выразить благодарность Богу.

                                          Последний день

Против обыкновения отец был совсем невесел, ушел в спальню переодеться. Я отметила, что он выбрал самую лучшую свою рубашку - шелковую, с голубыми васильками - ее вышивала Александра Федоровна.
Около семи часов раздался звонок в дверь. Пришел Александр Дмитриевич Протопопов - министр внутренних дел, часто навещавший нас.
Вид у него был подавленный. Он попросил нас с Варей выйти, чтобы поговорить с отцом наедине. Мы вышли, но через дверь слышали все.
- Григорий Ефимович, тебя хотят убить.
 - Знаю.
Когда Протопопов ушел, отец сказал, ни к кому не обращаясь:
- Я умру, когда Богу будет угодно.
Потом около часа мы сидели в столовой. Часы в прихожей пробили десять. Отец поцеловал Варю, потом меня, пожелал доброй ночи, потом отослал нас спать. Я не могла уснуть. Меня заполнял страх. Вскоре дом погрузился в тишину, нарушаемую тиканьем часов, отсчитывающих последний час жизни моего отца в доме номер 64 по Гороховой улице.
В назначенный час отец вышел из дома. Его ждал присланный Юсуповым автомобиль.


Г. Е.Новый (Распутин) «Житие опытного странника» Сиб. 1907 г.
О. Платонов «Жизнь за царя» («Россияне» № 9’ 1992 г.)
«Дневник и воспоминания Анны Вырубовой»
 П.Г.Курлов «Гибель императорской России»
 М.К.Дитерикс «Убийство Царской Семьи»
 В.Пуришкевич «Дневник», М. 1990 г.
Ф.Юсупов «Воспоминания»
В.М.Руднев «Правда о царской семье и темных силах», (Берлин 1920г.)
С.Труфанов «Святой черт» (Изд. «Голос минувшего», Москва 1917)г
Категория: История | Добавил: Авис (24.11.2009)
Просмотров: 1582 | Теги: история, религия | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
  • Обзор сайта

  • Данный сайт посвящен теории и практике, тактике и стратегии научного и духовного поиска человека. На сайте ведётся сбор и хранение информации, которая по мнению администрации сайта, достойна внимания и ознакомления.

  • Связь с администрацией

  • Если возникла необходимости связаться с администрацией сайта и выяснить необходимые для вас вопросы, обращайтесь! Рады будем помочь. Всегда готовы к сотрудничеству.
    Наши контакты :

    Адрес: Украина, Житомир
    Skype: perunitsa
    ICQ: 224-865-354
    E-mail: perunitsa@yandex.ru